dburtsev

Евреи, братья мои, откройте глаза и посмотрите, как извивается древний змей, как злодеи из Тегерана пытаются спасти свою шкуру! Видя занесенный над ними меч военного удара и предчувствуя полное крушение своей нечестивой экономики, персидский режим пошел на отчаянный шаг. Они забрасывают вашингтонскому правительству наживку, которую люди из разведки прямо так и называют — «медовая ловушка». Ироды готовы небывалым образом распахнуть свои энергетические и сырьевые рынки для американских корпораций, обещая им явное, безоговорочное предпочтение перед компаниями из Китая и России.

Этот Тегеран действует методом прямого экономического соблазна, полагая в гордыне своей, что звон золотых монет сможет смягчить сердца в Белом доме и принести баснословные барыши частному сектору США. Дипломаты не дадут соврать: время они выбрали не случайно. Всё это лукавство направлено на то, чтобы повлиять на ядерные переговоры, идущие сейчас в Женеве под усиливающимся военным давлением со стороны Вашингтона. И знаете, в чем главная беда, братья? Иран совершенно правильно ловит Трампа на его слабое место — сделка-сделка-сделка, а потом хоть трава не расти. Когда на горизонте маячит Золотой Телец, духовное зрение у этих правителей мутнеет.

Поступают вести по дипломатическим каналам за этот четверг, 26 февраля 2026 года, и от них становится по-настоящему тошно. Режим аятолл не просто подмигивает какому-то там абстрактному деловому миру. Нет, они прицельно бьют в известное всем слабое место — они взяли на карандаш известный «аппетит» к бизнесу президента Трампа и его семьи. Теперь эти нечестивцы выискивают пути, как бы так ловко сплести коммерческие интересы внутри оболочки будущих политических и военных соглашений.

Персы в Тегеране рассчитывают, что если поманить Америку грандиозными инфраструктурными проектами и сделками с недвижимостью, в которых могут быть замешаны фигуры из самого ближнего круга президента, то это станет мощным стимулом для изменения американской политики в их пользу. Они хотят в точности скопировать схемы сделок, уже провернутых в других странах нашего Ближнего Востока, цинично запрягая личный интерес в повозку выживания своего сатанинского режима.

А теперь послушайте цифры, оцените размах этого предложения «бонанза», переданного через посредников! Это же прямой подкуп, тридцать сребреников наших дней! В сфере добычи энергии они предлагают концессии на разработку газовых месторождений «Южный Парс» с начальными инвестициями в 40 миллиардов долларов. В авиации сулят потенциальный контракт на покупку 300 новых самолетов у компании Боинг — эта сделка оценивается более чем в 35 миллиардов долларов. Горнодобывающая промышленность? Они готовы открыть доступ к 7% мировых запасов лития, находящихся в Иране, а это рыночная стоимость в десятки миллиардов долларов. А их водный кризис? Всевышний поразил их страшной засухой, которая угрожает самому существованию режима, и теперь они отчаянно нуждаются в опреснительных установках, предлагая американским инженерным компаниям контракты на строительство и эксплуатацию на 15 миллиардов долларов. И еще 12 миллиардов долларов они выделяют на восстановление инфраструктуры — модернизацию своих устаревших нефтеперерабатывающих заводов, и просят для этого использовать исключительно американские технологии.

Вот он, капкан, который ставит администрацию Трампа перед сложнейшей дилеммой. С одной стороны, дьявол шепчет в ухо: это же редчайшая экономическая возможность, она укрепит американское хозяйство и вышвырнет вон китайцев из региона! Но с другой стороны, разве не ясно любому здравомыслящему человеку, что принятие такого предложения будет воспринято как капитуляция перед режимом, который продолжает развивать ядерную программу и сеять региональный террор? Это же прямая легитимация опаснейшего смешения частного бизнеса и внешней политики!

Сидят теперь злодеи в Тегеране и ждут сигнала из Вашингтона. А иранская оппозиция тем временем кричит и предупреждает всех, у кого есть уши: опомнитесь, это же явная «политическая взятка» под коммерческим прикрытием, предназначенная только для одного — купить время для ядерной программы! Итог этой драмы будет зависеть от того, сможет ли вашингтонская власть отделить коммерческую прибыль от целей национальной безопасности. Но мы-то с вами знаем: кто готов торговать безопасностью Святой Земли и всего мира ради горстки долларов, тот в итоге навлечет гнев Небес и потеряет всё.

Изволите ли видеть, милостивые государи, какое действо разворачивается нынче, в четверток, 26.2.26 года, в богоспасаемой Женеве! Опять учинилось там великое дипломатическое сидение, эдакий косвенный торг промеж американской и иранской депутациями. И всё сие делается ради того, дабы из глухого тупика вокруг иранских ядерных затей выпутаться да неминуемой американской экзекуции избежать, покуда армейские силы Соединенных Штатов на Ближнем Востоке пухнут да мускулами наливаются, словно тесто в квашне.

От вашингтонского начальства присланы эмиссары изрядные — особый посланник Стив Уиткофф да сам зять президента Дональда Трампа, Джаред Кушнер. С персидской же стороны пред ясные очи явился ихний министр иностранных дел Аббас Аракчи. В стряпчих-посредниках у них министр иностранных дел Омана бегает, по старой, заведенной еще в прошлые лета дорожке. Да и генеральный директор Международного агентства по атомной энергии Рафаэль Гросси в ту же Женеву пожаловал, суетится, с обеими сторонами непрестанные рандеву крутит.

А намедни, разглагольствуя о положении страны в Конгрессе, Дональд Трамп изволил вещать, дескать, всей душой он за политес и решения дипломатические, однако ж ни в коем разе не дозволит Ирану ядерным оружием обзавестись. Ему вторит и вице-президент Джей Ди Вэнс, коий в интервью прямо отрезал: ежели вся эта дипломатия конфузом обернется, то недопущение иранской ядерной бомбы станет верховной военной целью.

Напряжение тем временем пухнет, ибо американские армады кучатся все плотнее. Еще седмицу назад, 19 февраля, Трамп отмерил им сроку от 10 до 15 дней на подписание мировой, пригрозив, что ежели не сговорятся, то воспоследуют "очень плохие вещи". Аракчи же на сии афронты ответствует гладко: дескать, Иран тоже честного и скорого соглашения взыщет, да только от права своего на мирную ядерную технологию, включая обогащение урана, ни за какие коврижки не откажется.

Тем временем ведомости агентства Reuters доносят, что иранцы расщедрились на новые уступки, выторговывая взамен снятие санкций да признание их права уран обогащать. Однако ж некий высокопоставленный иранский чин по секрету поведал, что зияют промеж переговаривающимися пропасти превеликие, особливо касательно того, сколь щедры будут американцы на послабление сих самых санкций и в какие сроки благодеяние сие в жизнь воплотят.

Глядя на весь этот женевский балаган, на эти пустые препирательства да бряцание железом, коими пытаются прикрыть полнейшее расстройство мировых дел, явственно понимаешь, что нынче вот только на индусов и вся надежда, а прочие, кажется, окончательно в департаментской пыли и прожектах задохнулись.

В своей программной речи «О положении страны» президент США Дональд Трамп наконец-то добрался до иранского вопроса — правда, только спустя полтора часа после начала своего самого длинного в истории выступления. Послание получилось противоречивым: с одной стороны, воинственная риторика, с другой — явное нежелание ввязываться в новую драку без крайней нужды.

«Моим приоритетом является решение проблемы дипломатическим путем, но пусть будет ясно: я никогда не позволю спонсору терроризма номер один в мире обладать ядерным оружием. Этого никогда не случится», — заявил Трамп. При этом он посетовал, что Тегеран до сих пор не произнес заветные «волшебные слова»: «У нас никогда не будет ядерного оружия».

Любопытно, что, грозя пальцем по поводу атома, Трамп практически проигнорировал иранские прокси и ракетную программу как условие переговоров. Он лишь отметил, что иранцы «разработали ракеты, которые могут угрожать Европе и нашим базам, и они разрабатывают ракеты, которые смогут достичь США». Но требования убрать эту угрозу как часть сделки не прозвучало.

Зато досталось режиму аятолл за репрессии. Трамп возложил на Тегеран ответственность за «убийство сотен тысяч и даже миллионов» и заявил, что только за последний месяц режим убил не менее 32 000 протестующих. «Мы помешали им повесить сотни из них. Это ужасные люди», — добавил президент. Он также напомнил об атаке на иранские ядерные объекты в июне прошлого года, подчеркнув свою готовность применить силу: «Я буду добиваться мира везде, где смогу, но не буду колебаться вступить в конфронтацию в случае необходимости».

Не обошлось и без фирменного самолюбования. «Наша страна никогда не была сильнее», — провозгласил Трамп, утверждая, что за первый год своего второго срока он закончил восемь войн, хотя признал, что война в Газе «продолжается на очень малом огне». Отдельная гордость — возвращение заложников, которое, по его словам, «никто не верил, что возможно. Это было удивительное время. Верьте или нет, ХАМАС сотрудничал с Израилем» в поиске тел.

Внутренняя повестка занимала львиную долю речи. Трамп хвастался резким снижением нелегальной миграции и падением инфляции — тем, что больше всего волнует американцев. Он призвал принять закон об обязательном предъявлении удостоверения личности на выборах и запрете дистанционного голосования (кроме физически немощных). Похвастался 18 миллиардами долларов иностранных инвестиций и ростом добычи нефти (включая 80 миллионов баррелей из Венесуэлы).

Отдельный перл — про третий срок. Говоря о ценах на лекарства, Трамп выдал: «В первый год моего второго срока — должен быть третий, происходят странные вещи». Конституция США, ограничивающая президентство двумя сроками, его, похоже, не смущает. Он последовательно отказывается исключать возможность новой попытки остаться у власти (возможно, через схему с вице-президентством).

Трамп также прошелся по техногигантам, обязав их самим строить электростанции для своих ИИ-датацентров, чтобы не взвинчивать цены для населения. Объявил «войну мошенничеству» под руководством вице-президента Джей-Ди Вэнса. И, конечно, раздал Медали Свободы, посетовав, что не может наградить сам себя: «Мне сказали, что мне запрещено давать ее самому себе. Если мы изменим закон, вы увидите меня там».

Этот старый болтун в своем репертуаре: одной рукой грозит миру кулаком, другой — пытается повесить на свою грудь очередную шоколадную медаль. Его «мир с позиции силы» больше похож на ярмарочный балаган, где громкие лозунги о «снижении убийств на более чем 100%» (да-да, он так и сказал про Вашингтон) соседствуют с реальными проблемами, которые он пытается заболтать. Любитель блестящих побрякушек и собственного отражения в зеркале истории, он готов переписать любые законы, лишь бы шоу продолжалось, а публика аплодировала. Цинизм зашкаливает, но, похоже, его электорату именно это и нужно.

В ЦАХАЛе наконец-то нашли настоящего виновника провала 7 октября. Это не разведка, не Генштаб и не политическое руководство. Это — архитектура опорных пунктов. Звучит как анекдот, но было бы смешно, если бы не было так стыдно.

На этой неделе издательство «Маарахот» опубликовало результаты конкурса дизайна форпостов, проведенного совместно с Ассоциацией архитекторов. Под громким заголовком «Архитектура, спасающая жизнь» лучшие гражданские проектировщики представили свои макеты того, что назвали «Эрец-израильский форпост». Этот шедевр должен стать следующим звеном в цепи укреплений, которые здесь строили римляне, византийцы, османы и британцы.

В документах конкурса черным по белому написано следующее: «Многие, слишком многие солдаты ЦАХАЛа погибли внутри форпостов и баз, некоторые — без физических условий, позволяющих им защитить себя». Организаторы понимают, что были и другие сбои, но, по их мнению, «прямой причиной гибели многих солдат, погибших внутри форпостов» стал не боевой состав, не вооружение, не отработка обороны, не командование и контроль, и не доступность резервов. Нет. Причина — «ошибка планирования, проистекающая из многолетнего культурного и мыслительного сбоя».

Из-за этого сбоя, утверждают они, «большинство форпостов ЦАХАЛа вообще не построены как форпосты, предназначенные для противостояния значительной атаке, а максимум как базы для выхода на задания. В них легко проникнуть и из них трудно сражаться. Так, в большинство форпостов легко проникли, и они превратились из значимой части системы обороны границы в смертельную ловушку».

От архитекторов потребовали спроектировать новый тип здания, который сочетал бы в себе бой, оборону, наблюдение и быт. Но помимо базовых требований добавили еще и эстетическую цель: «Это возможность для архитекторов Израиля оставить свой след и повлиять на судьбу Государства Израиль и на оформление пограничных ландшафтов на десятилетия вперед. Мы не должны ее упустить».

Ошибка этого конкурса и стоящей за ним концепции видна сразу. Оборона — это не только сами посты. В техзадании указано: «Форпост будет спроектирован так, чтобы он мог стоять самостоятельно даже без прикрытия, взаимности и резерва». Проблема: посты пали, солдаты погибли. Решение: посты, которые не падают. Это фундаментальная ошибка. Цель обороны — не защитить сам бетонный куб и бойцов внутри него, а предотвратить прорыв врага вглубь территории.

Провал в Отеф-Аза был именно провалом обороны территории. Даже если бы форпосты были построены иначе, с бетонированными позициями и взаимным прикрытием, сами по себе они не предотвратили бы набег. Учитывая общий крах оборонной концепции, штурмовые отряды ХАМАСа просто обошли бы эти красивые архитектурные сооружения, оставив малые силы для их блокировки и связывания боем в критические часы.

История полна таких примеров. Возьмите бой за Тель-Саки в Войну Судного дня. Тот укреппункт был построен куда лучше тех, что Израиль возводил в последние годы на южной границе. Там были доты, ходы сообщения, бункеры. Но основные сирийские силы просто обошли его по пути к захвату юга Голанских высот, оставив небольшие отряды для зачистки. Оборона Голан рухнула из-за отсутствия резервов и огневой мощи, а не из-за того, что в Тель-Саки не хватало бетона или дизайнерских элементов.

Безусловно, нынешние базы на границе с Газой проблематичны. В документах конкурса справедливо замечено, что это была «серия лагерей, ошибочно названных форпостами». Огороженные комплексы с бетонными блоками и вышками — ни позиций, ни траншей, ни перекрытий. Но думать, что улучшение этих элементов кардинально изменило бы исход 7 октября — иллюзия. Возможно, погибло бы меньше солдат внутри баз. Но остановить резню в поселках это бы не помогло. Не хватало не архитектуры, а серьезного плана обороны, глубины и резервов.

И еще одно. Римляне и крестоносцы не думали о наследии, археологии и ландшафтном дизайне. Они думали об эффективности и безопасности. Они строили крепости не для того, чтобы они красиво смотрелись через тысячу лет, а наиболее эффективным способом для своих нужд.

ЦАХАЛу нужны не архитекторы, которые спроектируют ему «Эрец-израильский форпост», а возвращение к старым добрым проверенным основам фортификации и нормальной оборонной доктрине. Знания есть, методики существуют. Не хватает воли и серьезности. А то, что издательство «Маарахот» тратит силы и деньги на такие конкурсы, говорит о том, что дефицит серьезности никуда не делся.

В сущности, ничего дурного нет, если где-то за коньяком и кофе, куря и похохатывая, солидные респектабельные люди решили бросить кусок забавным песикам. Пусть эти архитекторишки посуетятся, порисуют, почувствуют свою важность, а трата пары-другой миллионов на этот балаган, право же, не стоит разговоров.

Драма в Кнессете: мечта о беспошлинных покупках на 150 долларов пока остается мечтой, а коалиция трещит по швам из-за «экономических левых». Пленум Кнессета отклонил указ о таможенном тарифе и освобождениях (поправка № 2), 2025 года, который подписал министр финансов Бецалель Смотрич. Этот документ должен был удвоить порог освобождения от НДС при личном импорте, но вместо праздника для потребителей мы увидели политическое побоище.

Результаты голосования говорят сами за себя: всего 25 депутатов поддержали указ, тогда как 59 проголосовали против, причем в лагере противников оказались и члены коалиции. Итог неутешителен: указ не вступил в силу, и лимит беспошлинных покупок остался на прежнем уровне.

Смотрич предвидел такой поворот и еще в начале обсуждения предупредил: «Если этот указ провалится — я подпишу новый, потому что я полон решимости снизить дороговизну жизни». Премьер-министр Биньямин Нетаниягу сначала попытался навести порядок и ввести коалиционную дисциплину, но, увидев, что бунт в Ликуде серьезный, отступил и разрешил свободное голосование. Это дало повод лидеру оппозиции Яиру Лапиду злорадно заметить: «У Нетаниягу нет коалиции, и его правительство разваливается. Он не контролирует даже свою партию. Он и Смотрич сегодня снова были унижены в пленуме».

После провала голосования министр финансов уже не сдерживался в выражениях, обрушившись с критикой на своих же партнеров: «Экономические левые в Ликуде пытаются победить граждан Израиля, обслуживая монополии ради нескольких голосов на праймериз». По его словам, в то время как Нетаниягу занят безопасностью Израиля, горстка депутатов Ликуда занимается мелкой политикой и вместе с оппозицией хочет заставить всех нас платить втридорога.

Смотрич дал понять, что это не конец истории: «Я не дам обществу проиграть. Узкие личные интересы не победят благо граждан Израиля. Я не собираюсь сдаваться и капитулировать перед левыми. Я подпишу, с Божьей помощью, новый указ и продолжу заботиться о гражданах Израиля. Наперекор всем левым, здесь может быть дешево!».

Однако критика звучала и с другой стороны, из недр самого Ликуда. Депутат Эли Даляль заявил прямо в зале заседаний: «Эта деятельность выносит смертный приговор деловому сектору. Я говорю здесь о малом бизнесе. Дороговизна жизни находится в жилье, аренде и продуктах питания, и там, к сожалению, не занимались этим последние три года».

Вообще, аргумент про защиту «малого бизнеса» звучит постоянно, но давайте будем честны: те, кто привыкли торговать китайской дешевкой задорого, действительно могут пострадать. Ну и что? Если чья-то бизнес-модель держится только на том, что государство мешает людям купить тот же товар напрямую и дешевле, то, возможно, такому бизнесу и не стоит выживать за счет кошельков граждан.

Расклад голосов внутри коалиции показал полный раскол. За повышение лимита голосовали Дан Илуз, Боаз Бисмут, Итамар Бен-Гвир (Оцма Йехудит), Офир Кац, Моше Саада и Шломо Караи. Против выступили Юлий Эдельштейн, Давид Битан, Сассон Гуэтта, Эли Даляль, Шалом Данино, Акрам Хасон, Ханох Мильвицкий, Ави Маоз (Ноам), Лимор Сон Хар-Мелех (Оцма Йехудит) и Ошер Шкалим.

Список отсутствующих тоже впечатляет: Амир Охана, Зеэв Элькин, Авихай Боарон, Нир Баркат, Тали Готлиб, Май Голан, Гила Гамлиэль, Ави Дихтер, Галит Дистель, Амит Халеви, Нисим Ватури, Исраэль Кац, Ярив Левин, Цега Мелаку, сам Биньямин Нетаниягу, Офир Софер, Афиф Абед, Эти Атия, Моше Пассаль, Ариэль Кельнер, Элияху Ревиво и Кети Шитрит просто не пришли.

Спор вокруг указа вышел далеко за рамки технических цифр. Сторонники видят в увеличении лимита до 150 долларов инструмент для усиления конкуренции с крупными импортерами и давления на цены. Противники пугают крахом местных магазинов, утверждая, что расширение личного импорта перенаправит потребителей за границу. Теперь остается ждать, выполнит ли Смотрич свою угрозу подписать новый указ и сможет ли он в следующий раз мобилизовать большинство, или же битва за НДС станет очередным символом бессилия внутри коалиции.

США готовятся не к точечной атаке, а к войне. Именно такой тревожный, но трезвый прогноз дал Рой Каханович, эксперт по Ирану, в разговоре с Орной Яшар на подкасте «Прямой угол» (Zavit Yeshara). На фоне растущего напряжения 23 февраля 2026 года они обсудили сценарии ближайших недель, и картина вырисовывается, мягко говоря, сложная.

Интерес США сейчас сфокусирован на одной вещи, по которой Трамп не готов идти ни на какие уступки — это полная отмена иранской ядерной программы. Каханович формулирует это предельно четко: «Это, по сути, основа трения между иранским режимом и Трампом. Они не готовы отказаться от своей ядерной программы, которая началась в Иране еще в 50-х годах прошлого века». Мы осознали эту угрозу в августе 2002 года, когда иранские диссиденты раскрыли объекты с тяжелой водой, но стремление к гегемонии у Тегерана никуда не делось. Каждая страна хочет влиять на процессы — и США, и Израиль, и Катар, и Иран тут не исключение.

Но есть нюанс, касающийся нас напрямую. Желание уничтожить Израиль — это не риторика для внутреннего пользования. «Пока это написано на ракетах, и есть часы, ведущие обратный отсчет времени существования Государства Израиль в каждом уважающем себя городе Ирана – желание уничтожить нас не является прихотью», — говорит Каханович. Они верят, что Израиль должен быть стерт с карты. Иранцы — крупнейшие отрицатели Холокоста, утверждая, что без него Израиль бы не возник. Даже на эмблеме КСИР (Корпуса стражей исламской революции) изображены Коран, сжатый кулак, оружие и глобус. Цель — экспорт идеологии.

При этом внутри самого Ирана ситуация катастрофическая. 90 миллионов населения, из них 55 миллионов — бедняки. Рождаемость падает (1,7 ребенка на семью). Страна уже 10 лет живет в условиях тотальной засухи. «Люди открывают кран, и оттуда идет грязь», — описывает ситуацию эксперт. Электричества не хватает, инфраструктура разваливается. Народ, конечно, против режима. Есть певцы, записывающие протестные песни, Хаменеи многие считают лжецом. Но репрессии сейчас гораздо жестче, чем раньше. «В Иране при Стражах революции есть пять миллионов человек, которые ходят в штатском, никто их не узнает, и они могут внезапно появиться и выхватить кого-то из демонстрации».

Возможно, подобное станет неожиданностью для некоторых, но иранские народы (а там далеко не один народ) зачастую связывают эту экологическую, экономическую, а теперь и политическую катастрофу не с избытком религии, а с недостаточной, по их мнению, правоверностью аятолл. Логика, недоступная западному человеку: беды от того, что мы мало молимся. Нужно больше праведности, больше молитв, больше Аллаха! И этот фактор тоже нельзя сбрасывать со счетов при оценке устойчивости режима.

Сам режим, кстати, сдавать ядерное оружие и баллистические ракеты не собирается ни при каких условиях. Для них это гарантия выживания и билет в элитный клуб держав. «Никогда не придет в голову режиму в Иране, чтобы у него не было права владения ядерным оружием», — уверен Каханович. Они смотрят на Израиль, Пакистан, Индию, Россию, США и хотят быть среди них.

После операции «Дни покаяния» (в тексте "Ам Келави") военный потенциал Ирана восстанавливается. Да, Израиль «впечатляюще поразил противовоздушную оборону, батареи, грузовики», но, как замечает эксперт, «у иранцев, как у иранцев – есть также под поверхностью, в чреве больших гор». Удар был по западной части, восточную не тронули. Флот и авиация у них старые, советские (80-90-е годы), поэтому ставка сделана на дроны и ракеты.

У власти там сидят далеко не глупцы. Президент Пезешкиан — кардиолог, стажировался в Гарварде. Чтобы стать президентом, нужно быть шиитом, персом (хотя Пезешкиан, по слухам, азербайджанец), иметь минимум степень магистра. Но президент отвечает только за экономику и внутренние дела.

Будет ли война? Каханович полагает, что да. «Я думаю, что это война, которая продлится долгие дни, я не знаю, сказать ли недели. Соединенные Штаты не просто так послали все эти армады». У Трампа сложная ситуация: выборы в ноябре 2026 года, 70% американцев против атаки, помня Ирак и Афганистан. Но Трамп хочет исправить ошибки прошлого.

Свергнуть режим извне практически невозможно. Нужны миллионы на улицах и, главное, переход армии на сторону народа против КСИР. А этого пока нет. Сын шаха, по мнению эксперта, — «человек вчерашнего дня», он давно не живет в Иране и не знает страну.

Если режим поймет, что это конец, сработает принцип «Умри, душа моя, с филистимлянами». «Если они почувствуют, что прижаты спиной к стене, они будут стрелять во все стороны». В нас полетят ракеты, достанется американским базам в Заливе. Хезболла, которая пока сидит на заборе и верна лично Хаменеи, вступит в игру.

Если режим все-таки падет без подготовки альтернативы, нас ждет «безумный вакуум и абсолютный хаос», гражданская война, и в этот вакуум, скорее всего, снова войдут Стражи революции. Исторические дни впереди, и сценарии один другого тревожнее.